Пахалиах

Пахалиах даёт человеку чувство склада речи: он слышит, как слово звучит и какой отклик даёт, и потому ищет для мысли выражение, соразмерное ей и красивое. Важно здесь не одно значение слова, но и то, как оно легло среди прочих и что от этого сталось со всей фразой. Из слов складываются стройные и красивые построения, и работа эта доставляет прямое наслаждение, разом чувственное и умственное. Найденным человек делится: воспринятое им состояние передаётся другому вместе с найденным для него словом. Диапазон здесь широк — от поэтической речи до сухого определения математика, — а требуется в обоих случаях одно и то же: соразмерность выражения предмету. Под его влиянием сложное укладывается в стройную фразу, а вслед за найденным выражением приходит и понимание сути. Логика и критическое мышление растут отсюда сами собой: фальшь в построении слышна тут так же ясно, как фальшивая нота.

• Поиск точной и красивой формулировки
• Передача воспринятого состояния другому
• Стройные словесные построения
• Наслаждение соразмерностью выражения и предмета
• Владение и поэтической речью, и строгим определением
• Умение уложить сложное в стройную фразу
• Понимание, приходящее вслед за найденным выражением
• Растущие из этого логика и критическое мышление

"Бог искупитель", указывает на "искупающую" т.е. верно подобранную "стоимость" правильного описания по отношению к определяемому объекту.

"Освети лицо слуге Твоему", отсылка к "ясному знанию", выраженному в образе "лица освященного".

"Дневные" Гении обеспечивают распространение тока осознания вовне, что выражаются в активном стремлении субъекта познавать.

Способность к точному описанию, правильному отображению, эмпатическому восприятию и пониманию чужого состояния, возможность замечать отличительные черты явлений, процессов и умение выражать их в образах. Не только возможность правильного восприятия, но и способ поделиться им, передав его в той или иной форме.

Гений яркого переживания и живой чувствительности. Даёт полноту проживания момента и способность передать своё чувство другим.

Демон красивых слов и безукоризненных построений, опьяняющий одной лишь стройностью формы. Уводит внимание на оболочку идеи, под которой не оказывается ни смысла, ни жизни.